Анекдот: — Розочка, я таки дозвонился.....

Навальный думал, что он опытный политик. "Новичок", подумали о Навальном спецслужбы.

Автобус.
Впереди сидят белые, сзади черные — все ругаются между собой.
Черные: – Мы не хотим сидеть сзади.
Белые: – Мы должны сидеть спереди.
Заходит местный священник и говорит:
— Зачем ругаться, давайте все выйдем из автобуса.
Все выходят.
— Друзья не будем делить друг друга на белых, черных, цветных. Давайте представим, что мы все зеленые.
Все: — Да, это правильно, мы все зеленые между нами нет разницы!
— А, теперь, — говорит священник — Светло-зеленые садятся спереди, а темно-зеленые сзади.

— Внучек, иди кушать! Еда на столе!
— Иду, баб…
— Иди, а то остынет…
Внук встаёт из—за компьютера и идёт на кухню. Бабуля прыгает на его место у компьютера:
— Повёлся, сучёнок!

Встретились две подруги секретарши:
— Ты так хорошо выглядишь и шубка у тебя новая откуда?
— У меня директор такой выдумщик: трахнет меня в п@зду — говорит «в норку» и дарит норковую шубу, трахнет в зад говорит в дупло и дарит беличью шубу….
— А мой жлоб даст раз в месяц за щеку и за питание с зарплаты высчитывает.

- Давай напьёмся и расскажем друг другу всё, что боялись сказать трезвыми...
- Следователь из вас ху вый, если честно.

Когда их взгляды впервые встретились, Валера растерялся.
Может от того, что влюбился, а может от того, что он в этот момент срал за гаражом...

На пресс-конференции перед журналистами выступает тренер сборной Израиля по настольному теннису:
- Вчера, после долгого перерыва, длившегося год, наша команда возобновила-таки тренировки.
Вопрос журналиста из зала:
- Значит, вы всё-таки смогли найти потерянный тогда шарик?

Говорят, каждый четвёртый умирает от пьянства. Обалдеть!!! Слава богу, мы всегда берём на троих.

Штирлиц шел по лесу и увидел голубые ели. Потом присмотрелся и оказалось, что голубые не только ели, но и пили.

Письмо в редакцию: «Меня зовут Маша. Недавно я вышла замуж и не знаю, что делать с мужем. Он — сексуальный маньяк. Любит меня, когда я мою пол, готовлю еду, читаю книгу… Что мне делать? Вот и сейчас, извините за неровный почерк…»