Анекдот №1287 Грузин в суде. Сидит,.....

Австрия, наши дни. В пивную входит старый—престарый тролль—дедушка. Берёт пиво, смотрит на телевизор, где идёт футбол.
— Какой счёт?
— 2:1.
— А кто играет?
— Австрия—Венгрия.
— Ага… А с кем играют—то?

Объявление:
Ишу девушку, которая сосёт но не глотает. НЕ ИНТИМ.
Будем пизд ть соляру!

Как то меня жена спрашивает:
- Ты меня любишь?
- Люблю
- На руках носить будешь?
- Буду
- А курить ради меня бросишь?
- Брошу
- А пить бросишь?
- Брошу
- А жизнь за меня отдашь?
- Конечно отдам, нах@я мне такая жизнь

Британские ученые осуществили прорыв. Четыре сантехника работают над его устранением.

Проезжает запаренный водитель на красный свет. Но нарывается на ментов! Подходит к нему сержант.
— Документы.
— Нету.
— Права.
— Нету.
— Дыхните.
— Я бухой!
— Щас я капитана позову, пусть он с тобой решает проблемы, попал ты мужик!
Капитан—права, мужик—пожалуйста, капитан—документы, мужик—пожалуйста, капитан—дыхните, мужик—пожалуйста!

Карлсон не знал, как объяснить малышу, что намордник в спальне родителей еще не значит, что ему подарят собаку.

Я работаю с парнем из Китая, которого зовут Ким и однажды, когда мы с ним выпивали в баре, я спросил у него:
- Ким, тебя когда-нибудь задевало, что белые говорят "Все китайцы на одно лицо"?
Он ответил:
- Ким сейчас дома, я его жена

Мама рассказывает ребенку о том, какие имена своим детям давали некоторые мамы, буквально в прошлом веке.
- Владлен - означало Владимир Ленин, или Даздраперма - да здравствует Первое Мая. На что дочка, подумав, выдала, что ее надо было назвать "Триперок". На изумленное выражение лица своей мамы, дитё невинно пояснило:
- Триперок - тридцать первое октября, мой день рождения...

Мой дед рассказывал, что как только он увидел Титаник, то сразу заявил, что это судно утонет. Но никто его не слушал. Он старался предупредить людей, даже кричал, но всё было напрасно – ему дали пизд@лей и выгнали из кинотеатра.

Умирает старый профессор.
Лежит на диванчике, в кабинете, у диванчика - его старый фронтовой друг.
Профессор голову приподнимает, показывает на книжные полки, висящие над рабочим столом.
- Это все - говорит - книги, которые я написал.
И голову опять на подушки роняет.
Собирается с силами, приподнимается опять, показывает на другую стену с книжными полками.
- А это - говорит - книги моих учеников.
И опять голову роняет.
- А вот помню - говорит - как в 1942 году в одной деревушке я санинструкторшу уговорил, и ничего у меня с ней не получилось, потому что сено мягкое было и у нее в него зад проваливался.
Приятель:
- Ты это к чему?
Профессор:
- Эх, все бы..... эти книги ей под жопу