Анекдот: - Если Россия вывозит зерно из.....

Бл  ёб твою мать какого х я тут три кита и черепаха еб ть её рот
«Нил Армстронг»

К кладбищу подъезжает процессия.
Последним едет черный грузовик, на прицепе лодка, в лодке гроб.
Прохожий:
- Покойный, похоже, был заядлым рыболовом...
Один из процессии:
- Почему был? Сейчас жену похороним, и на озеро!

Я забываю: перезвонить, убрать, выучить, написать, но натворить хрени – никогда.

Ресторан.
Возмущенный посетитель зовет официанта и говорит:
– А Ваши музыканты на заказ играют?
– Да, конечно!
– А не могли бы они поиграть в шахматы, чтобы я мог спокойно поужинать?

- Ты почему такая пьяная?
- Меня Оксана напоила!
- А ты что, отказаться не могла?
- Она мне угрожала!
- Чем?
- Если я не выпью, она мне больше не нальёт!

Ждeт жeнa, кoгдa мeбeль привeзут.
Звoнoк в двeрь, oнa oткрывaeт, грузчик стoит с кaкoй–тo сoстaвнoй чaстью мeбeли.
Oнa eму: Tы ктo?
Oн: Грузчик.
Oнa рaсстeгивaeт eму ширинку и дeлaeт минет.
Грузчик oбaлдeвший, нo дoвoльный вoзврaщaeтся в мaшину......👇

Два юриста в кафе достали бутерброды.
Подходит официантка:
— Извините, у нас нельзя есть свою еду. Юристы переглянулись, пожали плечами и обменялись бутербродами.
Официантка с усмешкой:
— В результате исполнения договора обмена к каждой из сторон переходит право собственности на то имущество, которое она получает взамен переданного ею; соответственно, после обмена полученные вами бутерброды стали вашими, а у нас нельзя есть свою еду!

Встречаются на дороге сирийский и израильский танки. Уступать никто не хочет.
Прочь с дороги,- кричит командир израильского танка, - y меня в машине американский инструктор!
В ответ ему сирийский командир:
Пошёл нах@й!, - наклоняется к люку и спрашивает, - я правильно сказал?

- Кем работает твоя жена?
- Строителем.
- А что она строит?
- Да она бл@дь, а строит из себя невинность.

Жена приходит к мужу на свидание в тюрьму. Муж недовольно спрашивает:
— Почему ты так давно ко мне не приходила?
— Я ходила к начальнику тюрьмы и просила его, чтобы он скостил тебе хотя бы годик, ведь тебе дали 25 лет.
— Ну и что?
— А он каждый раз делал мне непристойные предложения.
— А ты чего?
— Чего—чего… Собирайся, пошли домой!